Высокопатогенный птичий грипп: мифы и реальность

Пожалуй, ни один вирус не окружен таким количеством мифов и домыслов, как высокопатогенный птичий грипп Н₅N_1. Что происходит на самом деле? Преувеличен ли масштаб эпизоотии? Насколько реальна угроза для человека? Эффективна ли вакцинация? Самые популярные мифы развенчивает российский ученый, доктор биологических наук, профессор, заведующий кафедрой иммунологии и биотехнологии МВА им.Скрябина Николай Пименов.

Миф первый. Масштаб проблемы преувеличен, речь идет о незначительных локальных вспышках

Реальность. Статистика Всемирной организации по охране здоровья животных (WOAH) свидетельствует об обратном: в 2005–2024 годах ВГП привёл к гибели и массовому уничтожению более 633 млн голов птицы по всему миру. Пик пришелся на 2022 год, когда было утилизировано 146 млн птиц, эпидемия затронула 84 страны и территории. В 2024 году вспышки ВГП фиксировали 82 страны и территории, и ежемесячные сводки WOAH подтверждают, что это не «единичные эпизоды».

В декабре 2025 года WOAH зарегистрировала 169 вспышек в птицеводческих хозяйствах и 608 случаев у дикой птицы и других животных. За месяц погибло или было уничтожено поголовье из 6 428 293 птиц, в основном в Азии и Европе. В январе 2026 года зафиксированы 108 вспышек в птицеводстве и 178 событий у дикой птицы и других животных; за месяц погибло или уничтожено 5 341 375 птиц, в основном в Европе. О вспышках ВГП официально уведомили 18 стран: Бельгия, Болгария, Канада, Китайский Тайбэй, Дания, Франция, Германия, Венгрия, Ирак, Израиль, Италия, Япония, Нидерланды, Нигерия, Польша, Испания, Великобритания, США.

Европейские данные, собранные научными организациями на основе Системы информации о болезнях животных Европейского союза (ADIS) и Всемирной информационной системы по болезням животных WOAH (WAHIS), дают аналогичную картину сезонных волн с конкретными данными по странам. Европейский центр профилактики и контроля заболеваний (ECDC) сообщает, что в период с 6 сентября по 28 ноября 2025 в Европе зарегистрировано 2 896 детекций HPAI A(Н₅) в 29 странах, включая 442 случая среди домашней птицы и 2 454 случая — среди дикой птицы. Масштаб и география названы «беспрецедентными для этого времени года», особенно среди дикой птицы. Европейское агентство по безопасности пищевых продуктов (EFSA) в научном отчёте за тот же период приводит примеры по странам: Италия — 24 вспышки и суммарно 1 007 807 голов птицы, затронутых в 24 хозяйствах, Нидерланды — 19 вспышек, Польша — 22 вспышки, Испания — 9 вспышек. Отдельно описан случай в Литве на предприятии по откорму индейки численностью 20 370 голов.

Вывод: ВГП следует рассматривать как устойчивую панзоотию с повторяющимися волнами и широким охватом территорий, а не как локальную «далёкую» проблему.

Миф второй. Вакцинация против ВГП опасна, поскольку может способствовать мутации вируса и передаче его другим животным и человеку

Реальность. В международных стратегиях и научных оценках нет подтверждений тому, что вакцинация против ВГП повышает риск межвидовой передачи вируса или заражения человека. Напротив, WOAH и Продовольственная и сельскохозяйственная организация ООН (FAO) рассматривают вакцинацию как один из инструментов контроля ВГП, который применяется для снижения циркуляции вируса при условии правильной организации программы и обязательного надзора.

В этом мифе часто смешивают два разных утверждения. Первое — что вирус гриппа способен изменяться со временем. Это научный факт: вирусы гриппа эволюционируют постоянно, а при длительной циркуляции в популяциях накапливаются антигенные изменения. Второе — что именно вакцинация делает эти изменения «опасными» и якобы запускает передачу вируса другим животным и человеку. Для такого вывода нужна прямая причинно-следственная доказательная база, и в ключевых источниках она не представлена.

FAO в материале о повышении эффективности программ вакцинации пишет, что антигенный дрейф может снижать эффективность вакцинации и влиять на защиту и вирусовыделение, поэтому критически важны поствакцинальный надзор, мониторинг циркуляции вируса и своевременное обновление вакцинных штаммов. То есть обсуждаемая проблема — не «опасность вакцинации», а снижение соответствия вакцины циркулирующим вариантам при недостаточном контроле.

В литературных источниках встречаются данные, что вирус может изменяться на фоне длительной циркуляции при высоком иммунном давлении. Например, исследование по мексиканской линии Н₅N₂ (Journal of Virology, 2004) показало антигенное расхождение циркулирующих вариантов с вакцинным штаммом. Такие изменения требуют корректного подбора и обновления вакцин. При этом в работе не делается вывод, что вакцинация сама по себе вызывает межвидовую передачу или повышает риск мутаций возбудителя; вывод относится к поддержанию эффективности контроля в птицепопуляции.

Вывод: утверждение, что вакцинация против ВГП опасна из-за мутаций и передачи вируса человеку, не подтверждается научными данными. Подтверждается другое: вирус может изменяться при циркуляции, поэтому вакцинация должна проводиться на основе актуальных штаммов и сопровождаться обязательным поствакцинальным надзором.

Миф третий. Вакцинация против ВГП неэффективна

Реальность. На уровне международной политики вакцинация рассматривается как рабочий инструмент, но только при условии корректной организации. В глобальной стратегии WOAH/FAO на 2024–2033 годы вакцинация включена в набор мер контроля ВГП наряду с биобезопасностью, надзором и реагированием. EFSA подчеркивает необходимость надзора в вакцинированных популяциях, чтобы выявлять возможную циркуляцию вируса и снижать риск скрытого распространения.

Полевые данные показывают, что при массовом применении вакцинация может давать очень выраженный эффект. Наиболее подробно он описан во Франции, где профилактическая вакцинация уток была введена в октябре 2023 года. В рецензируемой статье Emerging Infectious Diseases (Центры по контролю и профилактике заболеваний США, CDC, 2025) авторы оценили сезон 2023–2024 и получили прогноз, что без вакцинации во Франции ожидалось от 487 до 756 вспышек, тогда как фактически зарегистрировали 10 вспышек. Это значит, что масштаб эпизоотии снизился на 96–99%. Уже к 1 июля 2024 года более 35 млн уток получили две дозы вакцины, а 1,5 млн уток — три дозы, и эпизоотическая опасность Н₅N₁ была нивелирована.

Экспериментальные исследования других ученых также подтверждают, что вакцины активно защищают птицу, но эффективность зависит от конкретного препарата и схемы. В одной из статей 2025 года в журнале Vaccines приведены данные по сравнению пяти коммерческих вакцин против H5N1. У откармливаемых гусей защитный эффект достигается, но результаты применения вакцин различаются.

Вывод: вакцинация против ВГП работает, что подтверждается исследованиями, но ее результативность зависит от конкретной вакцины, охвата, схемы и контроля поголовья после вакцинации.

Итак, ВГП не стоит демонизировать и одновременно опасность этой группы вирусов нельзя недооценивать. Соблюдение мер зообезопасности, иммунизация доказавшими свою эффективность вакцинами, ветеринарный надзор и оперативное реагирование позволяют минимизировать риски инфицирования и сельскохозяйственной птицы, и людей.

Опасен ли ВГП для человека?

Данные Всемирной организации здравоохранения (WHO) показывают, что с 2003 по 2026 год зарегистрировано 993 лабораторно подтверждённых случая гриппа A(Н₅N₁) у людей и 477 смертей. По данным Европейского центра профилактики и контроля заболеваний (ECDC), в период с 9 сентября по 28 ноября 2025 было зарегистрировано 19 случаев заражения вирусами гриппа птиц у людей (включая 2 смерти) в четырёх странах: Камбоджа — 3 случая A(Н₅N₁), 1 смерть; Китай — 14 случаев A(H9N2); Мексика — 1 случай A(Н₅N₂); США — 1 смертельный случай A(Н₅N₅). Отмечается, что все заразившиеся имели контакты с птицей или птицеводческой средой. ВГП нельзя считать «безопасным для человека»: подтверждённые случаи заболевания и смерти описаны в официальной статистике. Эффективный биоконтроль Н₅N₁ в птицеводстве будет способствовать обеспечению как эпизоотического благополучия, так и биологической безопасности.